Песнь арфиста · традиция царя ИнтефаРадоваться, зная, что уйдёшь
Что делает жизнь стоящей, если всё, чем мы владеем, придётся оставить?

Песнь арфиста не обещает, что смерть всё объяснит. Жилища разрушены, поколения ушли; никто не вернулся, чтобы успокоить живых рассказом о том, что их ждёт. И в той же песне звучит приглашение надеть праздничную одежду, умаститься благовониями, следовать желанию сердца.
Радость здесь соседствует со знанием, что её нельзя унести с собой. Стоит ли она меньше оттого, что закончится? Арфист отвечает призывом жить. Мне важно услышать в нём обе ноты: печаль об исчезновении и согласие на счастье, которому не обещано вечности. Если убрать одну, получится совсем другая песня.
Песнь Арфиста: Живи, пируя и любя (Папирус Харрис 500 — гробница царя Интефа)
Три аудиоверсии «Песни Арфиста» из гробницы царя Интефа (Папирус Харрис 500, трек №2 альбома «Пока мы живы»): реконструкция звучания египетского оригинала (ORIG · 84 BPM · G Dorian) и две самостоятельные вокальные версии авторской песни на русском и английском языках (RU «Песнь Арфиста» и EN «Make Holiday»). От созерцания рухнувших пирамид и молчания Имхотепа с Хардедефом песня ведёт к главному открытию древнего фиванского праздника: пока бьётся сердце, оденься в чистый лён, умасти голову миррой и празднуй сегодняшний день.
«Стены гробниц Имхотепа и Хардедефа рассыпались в пыль, и никто ещё не вернулся с того берега рассказать, каково там. Именно поэтому слепой фиванский арфист поёт не о смерти, а о чистом льне, тёплой мирре и радости сегодняшнего часа.»
Примечание к реконструкции звучания древнеегипетского текста (ORIG): это современная художественно-акустическая реконструкция на основе египтологической транслитерации папируса Харрис 500, позволяющая услышать ритм и интонацию фиванской песни под аккомпанемент кедровой арфы бенет.
Уходит век за веком в прах,
В глубоком чреве пирамид
Цари былого спят впотьмах,
И время камни не щадит.
Где ХардедЕф и ИмхотЕп?
Их поглотил безмолвный склеп.
Никто оттуда не придёт,
И сердцу мира не вернёт.
Забудь печаль, как страшный сон,
Оденься в праздничный виссон!
Лей мирру щедро на себя,
Живи, пируя и любя!
Умножь же радости земли,
Печаль от сердца удали!
С собой богатств не унести,
И нет обратного пути!
Забудь печаль, как страшный сон,
Оденься в праздничный виссон!
Лей мирру щедро на себя,
Живи, пируя и любя!
The generations pass like sand;
Inside the pyramids of stone,
The kings who ruled the ancient land
Now rest, their fallen walls unknown.
Wise Imhotep has lost his place,
And Hordedef has left no trace;
No witness leaves the silent tomb
To tell their state or calm our gloom.
Make holiday, let gladness shine,
Wear festive linen, pure and fine!
Pour fragrant myrrh, anoint your brow,
And while we live, be joyful now!
My cedar harp rings warm and clear,
Increase your earthly pleasures here!
We take no treasures when we go,
And none returns from down below!
Make holiday, let gladness shine,
Wear festive linen, pure and fine!
Pour fragrant myrrh, anoint your brow,
And while we live, be joyful now!
Песнь из гробницы царя Интефа
«Песнь из гробницы царя Интефа» (Папирус Харрис 500, Британский музей EA 10060, ок. 2050–1400 до н. э.) — древнеегипетский памятник из Фив, соединяющий трезвое знание о разрушении пирамид с призывом праздновать земной день. Авторский перевод на современном языке очищает двадцать две строки папируса от викторианских и церковнославянских штампов, возвращая живую речь слепого арфиста.
Западный берег Нила, Фивы. Поминальный зал царской гробницы на границе живой долины и раскалённого песка некрополя. Раз в году, во время «Праздника Прекрасной Долины», живые приходили сюда пировать рядом с ушедшими. На каменной стене часовни высечен слепой арфист, сидящий перед дуговой кедровой арфой.
Вокруг него — цивилизация, которая тысячи лет строила каменные машины воскрешения, пирамиды и дома вечности. И прямо внутри гробницы арфист произносит слова, которые взрывают весь этот каменный канон изнутри: пирамиды треснули, стены мудрецов рухнули, а с того берега ещё никто не вернулся. Остаётся только живой сегодняшний день.
Поколения людей уходят и исчезают,
а другие приходят на их место со времён древних предков.
Боги-цари, жившие прежде, лежат в своих пирамидах,
и знатные люди, и прославленные мёртвые точно так же похоронены в своих гробницах.
Те, кто строил себе дома, — их мест больше нет;
посмотри, что стало с ними!
Я слышал слова Имхотепа и Хардедефа,
чьи слова повторяют повсюду целиком:
что стало с их местами? Их стены рухнули,
их мест больше нет, будто их никогда и не было.
Никто не возвращается оттуда, чтобы рассказать, что с ними,
рассказать, в чём они нуждаются, и успокоить наше сердце,
пока мы сами не придём туда, куда ушли они.
Пусть твоё сердце радуется и не думает о посмертных наградах,
следуй своему сердцу, пока ты жив!
Нанеси душистую мирру на голову, оденься в чистый тонкий лён,
натри тело настоящими драгоценными маслами из даров бога!
Наполняй свою жизнь радостью и не падай духом!
Следуй своему сердцу и своему счастью, делай свои дела на земле!
Празднуй счастливый день без устали!
Смотри: никому не дано забрать свои вещи с собой;
смотри: никто из ушедших ещё не вернулся обратно!
ẖꜣ.wt ḥr sbj.t ḥr swꜣ
ky.w ḥr mn m s.t=sn ḏr rk tpj.w-ꜥ
nṯr.w ḫpr.w m-bꜣḥ ḥtp.w m mr.w=sn
sꜥḥ.w ꜣḫ.w m-mjtt qrs.w m mr.w=sn
qd.w pr.w nn wn s.t=sn
ptr jr.t jm=sn
sḏm.n=j mdw.w n j-m-ḥtp ḥnꜥ ḥr-ḏd=f
sḏd.t m mdw.t=sn r-ḏr=w
jḫ s.wt=sn jnb.w=sn fḫ.w
nn wn s.wt=sn mj nty nn ḫpr.n=sn
nn jw jm sḏd=f qd=sn
sḏd=f ẖr.t=sn sgrḥ=f jb=n
r pḥ=n bw šm.n=sn r=f
wḏꜣ jb=k r mh.t jb=k ḥr sꜣḫ=k
šms jb=k wnn=k
jmj ꜥntyw ḥr tp=k wꜥb.tw m pꜣq.t
wrḥ.tw m bjꜣ.wt mꜥꜣ.wt n.t jḫ.t-nṯr
jmj ḥꜣw ḥr nfr.w=k m rdj.t bꜣg jb=k
šms jb=k ḥnꜥ nfr.w=k jrj jḫ.wt=k tp tꜣ
jrj hrw nfr m wrḏ jm=f
ptr nn rdj.t jṯj s jḫ.t=f ḥnꜥ=f
ptr nn jw šm.w ꜥn.n=f
Западные Фивы (2050 до н. э.): Сафф-гробница царя Интефа и святилище «Песни арфиста» в 3D
Войдите в трёхмерную реконструкцию фиванского некрополя XI династии на границе канала Нила и скал Дейр-эль-Бахри: осмотрите 24-колонный двор сафф-гробницы царя Интефа, павильон со слепым арфистом и ложной дверью, полуразрушенные усыпальницы Имхотепа и Хардедефа, пристань священной ладьи и скальное святилище Хатхор.
Готовы войти в 3D-некрополь Фив (2050 до н. э.)?
3D-сцена запускается по клику, чтобы не перехватывать прокрутку страницы во время чтения стихов. Внутри доступны вращение камеры мышью или пальцем, зум, авто-тур по 8 вехам истории Фив, песчаная буря хамсин, звучание египетской дуговой арфы «бенет» и египтологический словарь.
✦ Археологическое досье 3D-сцены: Сафф-гробница Интефа, павильон Арфиста и усыпальницы Имхотепа и Хардедефа (Читать)▼
Колонный двор Сафф-гробницы царя Интефа
Цари XI династии Интеф I, Интеф II Ваханх и Интеф III создали в Эль-Тарифе особый тип царских усыпальниц — сафф-гробницы (от арабского слова «сафф» — «ряд»). Огромный прямоугольный двор углублялся в пустынный галечник на несколько метров, а в его западном фасаде высекались двойные ряды массивных четырёхгранных столбов, за которыми скрывались вход в царскую погребальную шахту и биографические стелы.
- Раскопки Немецкого археологического института (DAI Каир) под руководством Дитера Арнольда в 1970–1974 годах установили точные размеры двора сафф-гробницы Интефа II (Сафф эль-Кисас): около 300 метров в длину и 75 метров в ширину.
- Знаменитая «Собачья стела» царя Интефа II Ваханха была обнаружена Огюстом Мариеттом и хранится в Каирском египетском музее (CG 20512).
Зал Стелы Арфиста и Пиршественный Двор
В открытом колонном павильоне перед ложной дверью царской часовни во время поминального пира собирались родственники, жрецы и музыканты. Слепой певец, поджав ноги на циновке, перебирал струны дуговой арфы «бенет» и пел перед рельефным образом правителя. Вместо привычных обещаний вечной сохранности гробницы его песнь призывала живых радоваться солнечному свету, аромату лотоса и теплу человеческой близости.
- Знаменитый рельеф слепого арфиста из гробницы Паатенемхеба (Государственный музей древностей в Лейдене, AM 105) показывает, как текст «Песни Интефа» высекался прямо перед фигурой музыканта.
- Подлинные деревянные дуговые арфы Среднего царства с расписными резонаторами в виде головы сокола экспонируются в Метрополитен-музее (Нью-Йорк, инв. 25.3.306).
Разрушенные гробницы предков: Имхотеп и Хардедеф
Центральный философский аргумент «Песни арфиста» опирается на визуальный опыт самого некрополя: вокруг новых царских комплексов XI–XII династий возвышались полуразрушенные кирпичные пирамидки и мастабы прежних эпох, занесённые золотым песком хамсина. Даже величайшие мудрецы древности — зодчий Имхотеп и царевич Хардедеф — обрели бессмертие не в каменных стенах, которые рассыпались в прах, а в живом слове.
- Небольшие кирпичные пирамиды над гробницами в Дра Абу эль-Нага и Дейр-эль-Бахри имели крутой угол наклона (около 60–65°) и венчались каменным пирамидионом.
- Поучения Имхотепа и Хардедефа почитались в писцовых школах Фив как вершина классической словесности Древнего царства.
Павильон очищения и мастерские бальзамирования
У самой воды канала располагался лёгкий колонный павильон «ибу», где совершались обряды омовения, приготовлялись ароматические смолы мирры («антиу») из страны Пунт, ладан, кедровое масло и ткани из тончайшего белёного льна. В «Песни арфиста» эти священные дары переосмысляются: мирра, масло и тонкий лён нужны человеку не только после смерти, но прежде всего на празднике самой жизни.
- Крупнейший клад тонких льняных тканей Среднего царства со знаками ткацких мастерских Фив был найден экспедицией Герберта Уинлока в гробнице Ваха (Метрополитен-музей, 20.3.203).
Остаться рядом с вопросом
На этом изображении современный автор находится рядом со своим собеседником (Песнь арфиста · традиция царя Интефа). Эта встреча создана для разговора через стихотворение. Облик современного участника основан на фотографиях Александра Бочкалы.
Изображение не иллюстрирует биографический факт — оно открывает пространство, где вопрос поэта обращён к нам сегодняшним и ждёт личного ответа.
Контекст эпохи и ключи к пониманию текста
Боги-цари в пирамидах (nṯr.w ... m mr.w=sn)
В египетском тексте стоит слово «боги» (nṯr.w) — так называли умерших фараонов Древнего и Среднего царств. Острота строки в том, что даже земные боги лежат мёртвыми в камне, который не спас их от забвения.
Имхотеп и Хардедеф
Два высших интеллектуальных авторитета Египта. Имхотеп — великий архитектор первой каменной ступенчатой пирамиды в Саккаре и автор древнейших поучений; царевич Хардедеф — сын строителя Великой пирамиды Хеопса и классик мудрости. Их слова помнят наизусть, но их собственные каменные гробницы превратились в прах.
Посмертные награды (sꜣḫ)
Слово sꜣḫ обозначало заупокойный обряд, который должен был превратить умершего в прославленного духа в загробном мире. Арфист предлагает радикальную вещь для Египта: перестать жить ради будущих посмертных наград и вернуться в сегодняшний день.
Душистая мирра на голове (ꜥntyw) и тонкий лён (pꜣq.t)
На египетских праздниках гостям на голову или парик ставили конус из жира, пропитанного смолой мирры. От тепла живого тела он медленно таял, окутывая человека ароматом и прохладой, а полупрозрачный белый лён (pꜣq.t) дарил ощущение света и чистоты.
Следовать своему сердцу (šms jb) и праздновать счастливый день (jrj hrw nfr)
Для египтянина сердце (jb) — это центр сознания, совести, желания и памяти. «Следовать своему сердцу» и «праздновать счастливый день» — не пустой разгул, а мужественное согласие на радость и полноту жизни перед лицом неизбежного конца.
Издание и палеография папируса: Prof. Miriam Lichtheim (University of California, Los Angeles — UCLA), Prof. Michael V. Fox (University of Wisconsin–Madison), Prof. Richard B. Parkinson (University of Oxford / British Museum EA 10060) и корпус TLA (Berlin-Brandenburgische Akademie der Wissenschaften).



